Часть 59

Понимая, что терять больше нечего, Нимант спустился в подземелье. Подойдя к камере, где сидела ведьма, остановился у решётки, пристально посмотрел на девушку, лежащую на тощем соломенном матрасе. Та, почувствовав взгляд, открыла глаза, посмотрела на мага: — Зачем пришёл? Посмотреть или что предложить хочешь? — Могу и предложить. Ты мне расскажешь один секрет, а я тебе — свободу. — Вечно молодым быть хочешь? Нет, такого счастья миру не пережить. Иди отсюда. Надоели вы мне до смерти Маг прищурился злобно. Желая отомстить, заявил: — Ничего, скоро отдохнёшь. Твой уже там, ты — следующая. — Что ты сказал? — крикнула Вьета, но маг лишь презрительно скривился: — Что слышала, — накинул капюшон и скрылся. «Мой? Кто мой?», подумала Вьета, стараясь не думать о том, что маг говорил о Михале. Ведь он же не её! Не её! От тревожных мыслей девушку отвлёк шорох в углу, а вскоре из темноты появилась крыса. Подбежав к девушке, она села и, траурно сложив передние лапки, всхлипнула: — Как же ты так? Поберечься надо было. — Иначе не получилось. — Не получилось, — вздохнула незваная гостья, быстро затараторила: — Улаф знает. Меня послал, чтобы я тебе всё рассказала. Маг наврал. Никого не убили, так, ранили чуть-чуть. До свадьбы заживёт. Улаф приказал сказать, чтобы ты ничего не боялась. Жди, когда с тебя железо снимут. — А что он сам не пришёл? — Их величество в мой лаз не прошли-с, — фыркнула крыса и, махнув лапкой на прощание, исчезла в темноте. Вьета тряхнула головой. А была ли гостья? Убедившись, что крыса всё же была, а не привиделась, девушка села, достала из-под рубахи амулет, взглянула на символы стихий. Амулет всех стихий засветился, задвигались символы: подул ветер, загорелся огонь, заплескалась вода, а из земли показался ярко-зелёный росток. Стены камеры задрожали, растворились, как лёгкий утренний туман, а на их месте появились деревья с пышными кронами, шелестящими на лёгком летнем ветру. На месте тюремного коридора зажурчал весёлый ручеёк, а в центре камеры появился костёр — языки пламени заскакали по поленьям. Вьета вздрогнула. Тряхнула головой, прогоняя видение, и снова посмотрела на амулет. «Да, я — ведьма, ведьма ветра. Я всё могу и всё умею, а если захочу использовать амулет, смогу властвовать над всем миром. А зачем?», и она грустно вздохнула. Теперь она понимала, почему Улаф не радовался за неё. «Ты можешь управлять миром», послышался такой знакомый тихий голос. Вьета вздрогнула. Так вот, кто говорил с ней! Амулет! «Да, я! Это я. Я могу дать тебе всё. Ты будешь богатой и счастливой. Ты будешь управлять миром! Только пожелай!». — Ты перепутал. Это мечты моего дяди Людвига, — и, грустно улыбнувшись, Вьета убрала амулет под рубаху. Устроившись на тощем тюфяке, Вьета закрыла глаза, но сон не шёл. Забыться не давали мысли о прошлом. Мысли о том, как она мечтала научиться управлять железкой и отомстить Людвигу. Как мечтала разнести герцогство вдребезги, злорадно похохатывая над родственником. И что? Знание есть, а желание мстить пропало, ушло, оставив лишь понимание, что мстить бессмысленно. Ничего не изменить, ничего не вернуть. Нужно найти другого герцога, и уходить. Вьета вздохнула, закрыла глаза. Из-под ресниц потекли слёзы. Она всё получила, но это не принесло радости, а только печаль. Ещё неделю назад было столько желаний, но не было возможности, а сейчас — можно сделать всё, что душе угодно, а ничего не хочется. Хочется просто жить. Несмотря на предрассветный час улицы Валленбурга были запружены людьми. Горожане, разбуженные тревожным набатом, шли на Замковую площадь, где уже громко стучали молотки — плотники на скорую руку сколачивали помост. Пробившись в первые ряды, Милош оглядел площадь и понял — без шансов. Помост, на котором укладывали вязанки хвороста, находился прямо напротив балкона, нависающего над воротами, далее — ряд стражников, пять метров свободного пространства и новый ряд охраны — городская стража. Посмотрев на стены, Милош понял, что всё свободное пространство простреливается. — Ну, что ты стоишь? Сделай же что-нибудь! — простонала Эвелина. — Зачем ты пошла? Ну, зачем? — с болью в голосе прошептал Милош, мрачно глядя на решётку, которая начала медленно подниматься вверх — мастера поставили новый барабан взамен сломанного. Плотники установили столб в центре наспех сколоченного помоста и удалились. Замковая прислуга, разложив вязанки с хворостом, тоже ушла. На балконе появились зрители, а из глубины арки показалась небольшая сгорбленная фигурка, укутанная в железную сеть. Толпа ахнула, качнулась потревоженной волной. Эвелина, закрыв рот рукой, давилась слезами, глядя на девушку, идущую к эшафоту. Поднявшись на помост, ведьма повернулась лицом к балкону, улыбнулась. Громко запели трубы. На балкон вышел граф Валленштайн, следом бесшумной тенью скользнул маг, он всё ещё рассчитывал, что граф передумает. На помост поднялся глашатай и, встав подальше от ведьмы, начал громко зачитывать наспех написанный указ, повелевающий сжечь ведьму на костре. Дочитав до конца, глашатай свернул пергамент и удалился. Валленштайн поднял руку, всё стихло: — Ты хочешь что-то сказать? — обратился он к Вьете. — Нет, тут народу много, после поговорим, — громко ответила та, и улыбнулась. Граф покачал головой в ответ на такую наглость и махнул рукой: — Оберхоф, приступайте. Начальник стражи подошёл к ведьме, начал снимать железо, тихо сказав, что он — друг Милоша, и снимет всё железо. — Я знаю, — Вьета кивнула, — передай им, чтобы не волновались, всё будет хорошо. Оберхоф кивнул, нарочито грубо подтолкнул девушку к столбу, сняв сетку, сделал вид, что привязывает ведьму, но на самом деле лишь накинул верёвку так, чтобы её можно было сбросить одним движением. — Спасибо, — прошептала Вьета и, когда Оберхоф закончил и собирался отойти в сторону, повторила: — Всё будет хорошо. Начальник стражи тяжело вздохнул, отошёл. Валленштайн, увидев, что всё готово, небрежно махнул рукой. Один из стражников схватил факел, взбежал на помост, поджёг хворост. Огонь, небрежно потрескивая, побежал по сухим веткам, заплясал на вязанках. Милош прикрыл глаза, стиснул зубы, понимая, что ничего уже не изменить, а Эвелина плакала, уткнувшись лицом в камзол мужчины. Неожиданно из темноты налетел сильный порыв ветра, раздул огонь. Пламя взревело, охватило помост, скрывая столб, у которого стояла ведьма. Зрители ахнули. Стражники бросились врассыпную, спасаясь от разбушевавшегося огня. Нимант, накинув капюшон, покинул балкон. Новый порыв ветра, налетев на город, притащил с собой огромную грозовую тучу. Мощное чёрное облако нависло над замком; сверкнула молния, грохнул гром, как будто давая сигнал, и на замок, как из гигантской лейки, полилась вода. Минут через пять не выдержали даже самые стойкие и жадные до зрелищ зеваки, и площадь опустела. У чёрной закопчённой груды, ещё полчаса назад бывшей помостом, собрались стражники, о чём-то начали переговариваться, разглядывая пепелище, а один, оглянувшись, крикнул: — Чего замерли? Кончилось всё. Проваливайте! Двое зрителей, всё стоявшие за заграждением, развернулись, медленно побрели с площади, поливаемые дождём, хлещущим из чёрной тучи, нависшей над замком. Взошло солнце; поползло по небу, всё ярче освещая город, в это время обычно уже шумный и говорливый, но только не в этот день. Даже те, кто поленился встать и прийти на главную площадь города, были тихи и напуганы, и было отчего. В это странное утро в городе отмечалась настолько переменная облачность, что об этом удивительном явлении очевидцы рассказывали не только детям, но внукам и правнукам. В самом городе было тепло, сухо и солнечно, но в центре Валленбурга — прямо над замком и Замковой площадью — свирепствовала гроза. Огромная чёрная туча заливала замок водой, молнии, как клинки шпаг пронзали воздух, сотрясая каменные стены замка, и оглушали окрестности громкими раскатами грома. Выходя на улицу, люди сначала радовались тёплому солнечному дню, а потом, посмотрев в сторону замка, юркали назад в дом. И уже там, выглядывая через закрытое окно, тихо приговаривали, что кое-кто допрыгался. Милош и Эвелина, мокрые насквозь, прошли по городу, не замечая того, что творится вокруг. Лишь дойдя до дома и увидев Михала, стоящего на крыльце и смотрящего на замок, они обернулись. Эвелина вытерла слёзы, набегающие на глаза, прошептала: «Так их! Накажи их, девочка». Натраг, выскочив из сада, посмотрел на Милоша и, поняв, что случилось непоправимое, горестно взвыл. Поднявшись на крыльцо, Милош подошёл к Фрайбергу, тихо сказал: — Прости.

Вороний камень

Вороний камень или Вороний глаз — это древний мегалит, построенный на одной из сопок Мурманска в доисторические времена. Предположительно, «Вороний камень» или «Вороний глаз» — это место для колдовства, вызова духов и/или жертвоприношения. Входом в комплекс служит основание скалы — плоская каменная площадка, находящаяся на западе. Почти напротив неё — точно на востоке находится алтарь, к которому проложена огороженная камнями дорожка. Алтарь — это плоский камень с выдолбленной на нём стрелкой, ориентированной с востока на запад. От стрелки вдоль камня идёт достаточно глубокий желобок, по которому, вероятно, стекала кровь убитого на алтаре животного. Сам Вороний камень — это конструкция из трёх камней — два в основании и один — сверху. Нижние камни поставлены на расстоянии друг от друга, проход между ними ориентирован на северо-восток. С северо-запада, от большого камня к алтарю проложена двойная линия из камней, видимо, служащая оградой, которую нельзя пересекать. О назначении постройки можно только догадываться, впрочем, как и о том, кто именно соорудил данный комплекс. В наши дни комплекс используют окрестные жители, устраивая на нём пикники и жаря шашлыки. Несмотря на то, что «Вороний камень» чаще используется не по прямому назначению, он заряжен, прикасаться к нему стоит с осторожностью, чтобы не перебрать энергии. Так же не рекомендуется вставать на камень, служивший алтарём; нужно учитывать, что этот камень служил для жертвоприношения, соответственно, всё положенное на него, принесено в жертву богам и не может быть взято назад. Алтарь Схема мегалита выполнена в 2003 году Ершовым Л.В.

Seyd - what it is?

The stone seyd has different configuration, but usually it is an installation with one big stone is set at 3-4 small stone. It is at least 4 versions — what is the seyd, but the seyd is a transformer and transmitter of the Earth’s energy. To seyd transform and transmit the energy, the installation is done from the stone with a quartz able to collect, transform and transmit the energy (nowadays this quartz property used in radio and telecommunication to create the carrier wave). But for installation are used not all stones but the stones from a geological fault and the seyd is install also on the geological fault to get the energy goes out from the Earth, transform it and transmit it to the surrounding area. After installation of the seyd is done a setting of wave with a tambourine. Just because the seyd is the the transformer and transmitter it is not allowed to speak loudly near the seyd and need to turn the music off. To take the energy from seyd needs to touch it but be careful and not overload.

Глава первая-1

Глава первая «В гостях у сказки»

Мурманский трамвай

Вряд ли француз Поль Декавиль, придумывая свою узкоколейку, чтобы возить свеклу с раскисших полей, предполагал, что его изобретение будет служить не только по грузовой части, а ведь узкоколейка Декавиля достаточно долго была почти единственным общественным транспортом молодого Мурманска. По данным Мурманского архива, «Декавилька» служила в основном для перевозки грузов, но именно она стала первым муниципальным транспортом – «Мурманским трамваем». Железную дорогу построили англичане в 1918-1919 году. При этом они не считались с нуждами и интересами города, и прокладывали колею, как было удобнее, не учитывая планы градостроителей и мнение жителей города. «Рабочие для балластировки пути закладывают карьеры в тех местах, где должны пройти улицы города, а местами в кварталах участков, отведенных частным лицам», — возмущался в мае 1919-го комиссар Мурманска Иван Сербинов. — «Кроме того, укладочный материал на некоторых улицах загромождает дороги, переезды через пути устроены так, что могут повлечь несчастья с людьми и лошадьми». Руководил строительством дороги инженер Фрезер, командовали дорогой британские военные: полковник Лефевр, а позже его заменил подполковник Томсон. Дорогу протянули на пять вёрст, проложив колею шириной 600 мм. В качестве тяги использовались британские трактора фирмы «Симплекс», работавшие на бензине. В парке «Мурманского трамвая» было 5 машин мощностью 20 лошадиных сил и 2 машины мощностью 40 лошадей. Две последние работали в основном зимой. Трактор британской фирмы "Симплекс", мощностью 20 лошадиных сил «Мурманский трамвай» ходил по маршруту от Зелёного мыса к району Морской базы, а осенью 1919 года было решено проложить ответвление к Лихтерной пристани. Белогвардейское правительство Мурманска озаботилось тем, что не хватает лошадей для разгрузки пароходов, и было решено использовать узкоколейку. Для дополнительной ветки уже везли шпалы из Чупы и рельсы из Беломорска (Сорока), но планы не удалось воплотить в жизнь – в городе сменилась власть. Когда союзники покинули Мурманск, «Декавилька», вместе с подвижным составом и запасом запчастей перешла в ведение города, став первым и одним из самых выгодных транспортным предприятием города. «Декавилька» перевозила грузы. С отправителей брали 80 копеек за пуд груза, но по узкоколейке передвигались не только составы, зимой полотно дороги активно использовали жители города и возчики. «Декавилька» проработала до начала 1930-х, пока подвижной состав не пришёл в негодность, а в 1934 году надобность в «Декавильке» отпала окончательно — был создан первый автобусный маршрут. Колея "Мурманского трамвая" на улице Володарского.1928 год

Преступление без наказания

29 июня 1941 года Вермахт приступил к реализации плана «Голубой песец», в рамках которого планировалось захватить Мурманск с его незамерзающим портом и железную дорогу, ведущую вглубь страны. Горные егеря под командованием генерала Дитля должны были преодолеть 100 км, отделявших Петсамо (Печенга) от Мурманска и захватить город и порт. С огромными потерями пройдя половину пути, горные егеря намертво застряли в тундрах у реки Западная Лица, где и просидели следующие три года, пока Советская Армия не перешла в наступление и не выбила фашистов с насиженных мест. Операция «Голубой песец» провалилась и, поскольку порт захватить не удалось, фашистская авиация начала регулярно бомбить и порт, и железную дорогу, ведущую в город и сам город, а так же базу Северного Флота, находившуюся в Ваенге (Североморск). Командующий 5 воздушным флотом Люфтваффе Ганс-Юрген Штумпф пообещал разбомбить весь Северный флот. Такую самоуверенность генерал проявлял, зная о 4-кратном превосходстве над 72-м смешанным авиационным полком, прикрывавшим Мурманск. Именно по приказу Штумпфа Мурманск бомбили почти безостановочно. На город было сброшено 185 000 бомб, больше досталось лишь Сталинграду и Ковентри. В июне 1942 года Люфтваффе совершила 91 налёт на Мурманск, в среднем — три в день, но самым страшным днём стало 18 июня, когда Мурманск подвергся самой масштабной бомбардировке за всю войну. Сигнал воздушной тревоги был подан в 11 часов 35 минут. К Мурманску приближались 53 Юнкерса-88 под охраной 52 истребителей. Бомбардировщики сбросили на город 80 фугасных и 25 000 зажигательных бомб. Из-за сильного ветра, пожар распространился почти по всему центру города от Площади Пять углов до улицы Карла Либкнехта, захватив территорию порядка 1 квадратного километра. Огонь распространялся так быстро, что за 4 часа 40 минут сгорело 600 деревянных, 7 каменных домов и более 1000 сараев и дровяников. Сандружинница Е.Д.Владыкина, участвовавшая в спасательных работах описывала ту бомбёжку так: «…Горело все: дома, телеграфные столбы, провода радиолиний, газетные киоски, машины, остановившиеся по сигналу тревоги, трансформаторные будки, расплавленный асфальт, деревья, овощехранилища с низкими крышами, покрытыми дерном, — горело все, что было на земле, горела сама земля, и, кажется, горели даже камни. Воздух настолько накалился, что нечем было дышать. И так продолжалось весь день, всю ночь... Даже на следующее утро сквозь завесу дыма над городом не мог пробиться луч солнца. Когда дым пожарища рассеялся, огромные костры и развалины на месте больших домов подернулись золой и пеплом, а небольшой дождик залил последние языки огня и тлеющие угли, взору предстала страшная картина опустошения… «Если существует ад, то я видел его здесь», — рассказывал вечером в «Интуристе» кто-то из американцев. И действительно, то, что творилось в городе, было настоящим адом. Ни до, ни после мурманчане не испытывали ничего подобного. В один день тысячи жителей лишились крова. Многие остались только в том, в чем ушли на работу или успели выскочить из горящего дома». А на следующий день 19 июня 1942 года Ганс-Юрген Штумпф прибыл в Петсамо, чтобы лично наградить лётчиков 5 флота Люфтваффе. Ас фельдфебель Рудольф Мюллер, награждённый Рыцарским крестом. К этому времени на его счету была 41 победа на Арктическом фронте. Но, несмотря на такие «подвиги» Штумпф в тюрьме вшей долго не кормил. 8 мая 1945 года Штумпф, как представитель Люфтваффе, участвовал в подписании капитуляции, а в конце мая, попав в руки союзников, предстал перед британским военным трибуналом за военные преступления. Из заключения Штумпф освободился в октябре 1947 года, и вернулся во Франкфурт-на-Майне, где и скончался 9 марта 1968 года в возрасте 78 лет. В день 75-летия той самой страшной бомбардировки в истории Мурманска на берегу Семёновского озера открылся мемориал в честь мужества и стойкости жителей военного Мурманска, где центральное место занимает памятник Печной трубе. Идею памятника навеяла фотография, сделанная военным фотокорреспондентом Александром Халдеем уже после налёта, когда пожары уже прекратились, но земля ещё тлела.

Polar-Alpine Botanical Arboretum

The Polar-Alpine Botanical Arboretum is located 7 kilometers from Kirovsk. It is one of three botanical gardens in the world which are situated north the Arctic Circle, and the most northern botanical gardens in Russia. The decision to create the garden was done August 26, 1931, at the meeting of researchers of Khibiny Mountain headed by academician A. E. Fersman. Such activities as plant acclimatization and the study of Northern flora and formations are practiced in the Arboretum. Seeds and plants are brought here from different parts of the country. Not all plants manage to get acclimatized to the severe conditions of the North. But some can grow and develop here, and they form the collection of this Polar garden. Dozens of species of ornamental plants, decorating the streets of the Murmansk Region, appeared owing to the introduction activities of the Arboretum. Besides park area, there is a reserved territory in the Arboretum. It is a garden preserve: on its area of 1250 hectares the flora of all height zones of the Khibiny Mountains is reserved. There are also special nurseries for the plants of the local zone in the garden. Here you can see more than 400 species of plants growing in the Murmansk Region. It is wood species, bushes, decumbent bushes, species growing on the seacoast or on swamps and the species of tundra. Thousands of people visit the Arboretum every year. Here one can get acquainted with the representatives of flora of different countries, with the peculiarities of their growth and development in the climatic zone where night frosts and snowfalls are possible in any summer day. The collections of plants (“The Snowdrop Garden”, “The Rocky Garden”, “The live herbarium”) are represented in nurseries, greenhouses and special expositions. Visitors of the Arboretum, who came from the most distant regions of Russia or from different countries, find the plants growing in their homeland here. The Arboretum offers a number of excursions: Tropic greenhouse, "Plant introduction and greenery planting in Polar cities", and “Ecological path, or The Path of Geographers", which shows the height zoning of plants in the Khibini Mountains.

Аромат тундры

В конце апреля и начале мая в Мурманске нет ничего привлекательного для туриста. Зимняя подсветка уже выключена, а для летних украшений ещё холодно, да и снег не везде сошёл. Но всё же есть и своя прелесть в поздней весне, ведь в это время тундра пахнет французскими духами. Духи «Шанель №5» известны любому цивилизованному человеку, известен и автор духов Эрнест Бо — русский эмигрант, французский офицер-контрразведчик, дознаватель концлагеря на Мудьюге. В 1919 году Эрнест какое-то время проживал в Мурманске и часто ходил гулять на Семёновское озеро и дышать свежим воздухом. Эти прогулки вылились в то, что мир получил духи «Шанель №5». Как признавался парфюмер, на создание духов его вдохновила неповторимая свежесть полярного воздуха, и он лишь пытался воспроизвести аромат, созданный природой. Был ли Бо в Мурманске в июле-августе — неизвестно, но если бы был, вероятно, создал бы ещё парочку не менее известных ароматов. Июль — это время невероятно тонких и нежных духов с цветочным запахом. Даёт этот аромат Линнея Северная — ползучий миниатюрный кустраничек с белыми цветами-колокольчиками. Цветы пахнут настколько сильно, что приближение поляны с Линнеей чувствуется издалека. Август — это время цветочно-ягодного аромата — смеси цветущей тундры, свежих ягод и коротких тёмных ночей. Сентябрь — пора холодного лесного аромата, созданного желтеющими листьями, прохладным воздухом, тёмными ночами и осенними дождями.

Aroma of the Tundra

The spring soon coming and the tundra will scents like a French perfume. Anybody knows what is the Chanel №5 — the perfume created by Ernest Beaux — Russian-born French perfumer, but very few people know what inspired Beaux to create the world famous perfume. In 1918 he was working as a counter-intelligence officer on the Anglo/French concentration camp of Mudyug island, interrogating Bolsheviks captured by the White Russian and Allied armies. Beaux also was living at Murmansk and had a habit of walking to Semionovskoe lake near the trading port. Later he confessed to unique freshness of the polar air and fragrance of springs lakes had been inspired him to create the Chanel №5. But may be Beaux had been living at Murmansk in the summer, he created another perfumes. In Jul when Linnaeus borealis blooms the tundra scents like very expensive delicate fragrance; and in August — like mix of floral and berry fragrances. Linnaeus borealis

Murman

What mean a word “Murman”? In the Wikipedia the etymology of word “Murman” explained as Northman or Norwegian (ancient Russian), but it is not right. In the ancient Russian language is the word “nurmy” — a reindeer pastures. On the photo — the Murman coast near Teriberka. The yellow colors — the trees, the grey colors — reindeer moss. The inhabitants of Pomorie — north part of Russia, called the north part of Kola Peninsula — nurmy, and word with a metathesis was transformed in the Murman — the land of the reindeer pastures.

Kuyva

Nobody knows how appears the Giant Kuyva image at the slope of the Kuyvchor in Lovozero tundras, but it is stays for years unchanged. The Kuyva is the dark silhouette of the human 74 m (243ft) heigh. The saami call Kuyva “Dansing Lapp”, because from the lake the Kuyva looking dancing. The academician Fersman had been explored the Kuyva and found the silhouette is the combination of lichen, moss and water traces. Fersman had been wrote it 90 years ago. Passing by the time but Kuyva stays unchangeable not erased by the erosion. The saami’s legends tell — the Kuyva is the head of enemy troops, incinerated by the gods. The Lapps walking around never speak loud and never think bad about Kuyva to not anger him. The legend about Kuyva is too similar to the legend about the giant hunter Orion, going to the Hyperborea for a bride. The Orion was offended the Hyperborea girl and the goddess Artemis incinerated the Orion. The ancient drawing done by muslim astronomer Al Zoufi almost identical the Kuyva image. And, if the Kuyva is the Orion it is mean the Seydozero is the habitat of Artemis.

Первый гриб в 2018 году/The first mushroom

 

Фотогалерея/Photo

.Цветы в тундре/The flowers of tundra

Calendar/Календарь

The mushrooms time
Время сбора грибов




 Начался новый учебный год

Новые страницы сайта:

 Пограничникам Арктики