Русский допинг

Март. Хмурое пасмурное утро в Мурманске без малейших признаков весны. У Больничного городка устроен старт соревнований лыжников. Соревнования уже начались. Лыжники стартуют с раздельного старта. Кто-то уже на дистанции, кто-то ещё готовится к старту, проверяет инвентарь, смазывает лыжи. Идёт обычная судейская работа: выпуск спортсменов на старт, фиксация времени финишировавших. Зрители волнуются, болеют за своих.

Привычный ход соревнований 8-й Полярной Олимпиады прерывает необычный для спортивных соревнований звук сирены — сигнала воздушной тревоги.

Зрители прячутся за валунами, стараясь слиться с тёмным камнем, и вглядываются в тучи, из которых вываливается «мессершмитт», следом за которым уже гонятся наши истребители. Вдалеке начинают хлопать зенитки, но соревнования продолжаются, лишь поредела толпа зрителей — работники порта и железной дороги уходят на смену.

Праздники Севера или Полярные Олимпиады проводятся в Мурманске с 1934 года каждый год без перерыва на войну. Тяжёлый 1942-й не стал исключением.

В рамках 8-й Полярной Олимпиады мужчины-лыжники преодолевали дистанцию в 10 км, а женщины бежали 5 км. Сегодня дистанция выглядит немного коротковатой, но стоит учитывать, что спортсмены бежали по полной боевой выкладке: 12 кг груза, винтовка и противогаз, а дистанция представляла собой настоящую полосу препятствий, усложнённую крутыми спусками с резкими поворотами и двумя огневыми рубежами — на одном нужно было стрелять из винтовки, на другом — бросать гранаты.

В тот тяжёлый военный год на старт вышли более 200 спортсменов, а победителями стали: у мужчин — Б.Абрамов (Северный флот), у женщин — Клавдия Дьячкова (Вооружённые Силы).

Но зачем были нужны такие соревнования? Страна воевала, и до спорта ли в эти дни? В 1942 году Чемпионат СССР по лыжам не проводился даже в далёкой от фронта Сибири, так нужно ли было устраивать Полярную Олимпиаду в Мурманске, в 50 км от линии фронта?..

Война пришла в Мурманск на неделю позже, чем на остальную территорию СССР, но это совсем не значит, что Мурманск был не особо важным направлением. Наоборот, незамерзающий порт Мурманска — это прямой выход в Атлантику, далее — везде. Ни один из советских портов не был так открыт миру, как Мурманск, потому захватить его и перекрыть поставки от союзников являлось очень важной задачей. К тому же, наличие базы Северного флота всего лишь в ста километрах от Печенги — одного из центров добычи никеля, важного стратегического сырья, — являлось значительной угрозой безопасности Третьего Рейха.

Все эти соображения привели к созданию операции «Голубой песец», уже одним своим названием обречённой на провал. Измерив расстояние от финской границы до Мурманска, немцы пришли к выводу, что смогут преодолеть это расстояние за три дня, и первые дни войны на западных границах СССР лишь подтверждали уверенность фашистов, но всё оказалось не так просто.

Наступление на Мурманском направлении началось 29 июня 1942 года, когда немецкие войска перешли границу Финляндии и вышли к берегам реки Титовка, преодолеть которую оказалось не так и просто — вода в реке, несмотря на лето, была ледяной.

А дальше оказалось, что в России нет дорог. Точнее, на карте они есть, а в реальности их нет. Позднее оказалось, что немецкие картографы отметили как дороги телеграфные линии и маршруты переходов лопарей.

На этом наступление гитлеровских войск на Севере прекратилось. Увы, доблестная немецкая армия не умела наступать по бездорожью, и через три дня намертво застряла в русских тундрах.

Вот карта лета 1941 года и осени 1944 года, когда началось наступление Советской Армии на этом направлении.

 

На карте прекрасно видно, что линия фронта менялась в этих местах незначительно, а у хребта Муста-Тунтури фашисты не смогли даже зайти за пограничный столб на границе СССР.

Пограничный столб А-35 простоял всю войну, и сейчас увековечен в памятнике, что поставлен в сквере у Драмтеатра.

Итак, немецкие войска застряли в тундрах в начале июля, когда круглосуточно светит солнце, и в ясные погожие дни видимость — миллион на миллион. Что уж говорить об осени, которая закончилась стремительно — 23 сентября 1941 года пошёл первый снег, а потом началась зима, настоящая такая русская зима с метелями и ураганами, с полярной ночью, когда с 1 декабря до середины января темно почти круглосуточно.

Вроде бы подготовленные солдаты — горные егеря горнострелковых дивизий Вермахта, впервые столкнувшись с заполярной зимой, засели в блиндажах в ожидании весны, а русские начали совершать разведочные рейды по вражеским тылам, по окончании которых принимали участие в спортивных состязаниях.

Отряд морских разведчиков под командованием Виктора Николаевича Леонова — это типичная эстафетная лыжная команда тех пор. Для членов этой команды вопрос: зачем устраивать Полярную Олимпиаду, не стоял. Для них умение быстро бегать на лыжах, метко стрелять на высоком пульсе и метать гранаты означало победу над врагом. Потому, возвращаясь из глубоких рейдов по вражеским тылам, команды разведчиков участвовали в соревнованиях. Участвовали и побеждали... на всех фронтах. Что, впрочем, немудрено. В команду морских разведчиков Леонова входили многие известные мурманские лыжники, участники и победили Праздников Севера. Был в команде Леонова и советский лыжник Владимир Оляшев. О нём нет статьи в Википедии, хотя морской разведчик Оляшев после войны неоднократно становился Чемпионом СССР по лыжным гонкам: в 1948, 1949, 1950, 1951 и 1952 — в личных соревнованиях, в 1953 — в эстафете, а в 1955 — в гонке патрулей, мирном варианте лыжных рейдов по вражеским тылам, в которых Оляшев участвовал неоднократно.

Стоял ли для спортсменов тех лет вопрос о допинге? Нет. Он бы и сейчас не возник.

Россию обвиняют в создании государственной допинговой программы, но тут кроется фундаментальная ошибка. Это не государство создало и поддерживает допинг, а сам русский допинг стал основой государства. Только у настоящего русского допинга другая химия, которую не в состоянии понять и проанализировать западный ум. 

«На Восточном фронте мне повстречались люди, которых можно назвать особой расой...»

«...солдаты Красной армии, даже заживо сгорая, продолжали стрелять из полыхавших домов»

 «Мы почти не брали пленных, потому что русские всегда дрались до последнего солдата. Они не сдавались...»

«Русские всегда славились своим презрением к смерти; коммунистический режим еще больше развил это качество, и сейчас массированные атаки русских эффективнее, чем когда-либо раньше».

 

Главный русский допинг: Умираю, но не сдаюсь. Умрём, но не уйдём. Отступать некуда. Сила в правде. За Родину. За правое дело. Этот допинг передаётся генетически, его нельзя обнаружить, проведя анализ крови или мочи, потому, чтобы победить, Западу приходится мухлевать, запутываясь во вранье.

 

Предыдущая запись

Спирали истории

Следующая запись

Историческая память