Часть 2-25

Желая знать, что наболтал Маргарите Линц, заставив девчонку побледнеть, пригласил её танцевать. Но она, увы, ничего не сказала. Ладно, после бала попытаю балбеса.

Маргарита, отвлекая от раздумий, попросила как-то излишне вежливо:

— Ваша светлость, можно я уйду?

Не понял? Куда она собралась?

Девчонка неожиданно огрызнулась:

— На Северный полюс! Проснитесь, ваша светлость. Я хочу вернуться к себе, на третий этаж южного крыла.

О, как! С чего вдруг?

— Надоело.

Что? Юной девице надоело танцевать на балу? Охр... с ума сойти. С чего вдруг такие желания?

— Голова болит.

Да ну! Нет, что-то тут не то. Но Маргарита откровенничать не собиралась. Снова повторила свою версию о больной голове, и я совершил ошибку: нужно было отпустить, а я приказа никуда не уходить до конца бала. Маргарита посмотрела на меня обиженным взглядом. Не понял! Я её на балу танцевать прошу, а не ямы копать под дождём.

— Да уж лучше ямы, — и девчонка тяжело вздохнула, удивив ещё больше.

Танец закончился, я отвёл её к столам с напитками, передал на попечение Валевски, попросив проследить. Берту такая перспектива не очень понравилась, но ему пришлось смириться. Ближайшее будущее показало, что он не совсем смирился, а я совершил ещё один промах, оставив Маргариту у столов с вином — девчонка напилась. Она пила бокал за бокалом, Берт не останавливал. Лишь ещё пару раз танцевал с малявкой, развлекал разговорами, она ему что-то вещала, вызывая удивление. Снова о четырёхугольной Земле рассказывала? Или какие-то новые открытия? А закончилось это всё после «Карусели», на которую Маргариту под шумок пригласил Линц, заставив задуматься о том, а не посадить ли его под замок на недельку, чтобы остыл.

После весёлой и разухабистой «Карусели» наступила пауза: дамы, обмахиваясь веерами, вышли в туалетные комнаты, мужчины отправились к столам с напитками, чтобы освежиться. Я разговаривал с Ле Мором, когда с террасы донёсся дикий крик. Что ещё?

Выскочив на террасу, увидел, что на ступеньках кто-то лежит. Женщина? А, чёрт! У парапета стояла пьяная Маргарита, удивлённо разглядывала нож, который держала в правой руке. Что происходит? А девчонка, улыбнувшись, сползла на плиты террасы и, свернувшись калачиком, уснула.

Что-то мелькнуло перед глазами. Моргнул. Уставился на плиты. А где женщина? Над ухом раздался тихий голос Мартина:

— Ваша светлость, вернитесь в зал.

Иду-иду!

Минут через десять по залу прошелестел слушок: Маргарита слишком много выпила, упала, сильно ударившись. Её крик мы и слышали. Версия красивая. А как на самом деле? И где Гизела?

 

Двенадцать. Бал закончился, гости разъезжаются. Я ушёл в кабинет. Следом появился Моэр, не успев закрыть дверь, спросил, что произошло. Да если бы я знал! Ввалился Берт. А где Мартин? Валевски упал в кресло, сказал:

— Его магичество заявил, что скоро придёт.

О, как? Что наколдовал наш умелый друг, если его наградили титулом великого магистра?

— Не знаю. Это аванс. Но мне интересно, кто живёт у тебя во дворце? — Валевски посмотрел острым пронизывающим взглядом. Спросил, показывая пальцем в потолок, — кто она?

Что ещё?

— Когда я завёл разговор об открытии Берга, эта твоя малявка огрызнулась, сказав, что она — дура неграмотная, и я могу пойти к Гизеле, и та мне всё расскажет. Я решил, что она ревнует. Попытался уточнить, и эта дурочка недовольным голосом учителя, уставшего объяснять дураку прописные истины, рассказала, что Солнце — это звезда, вокруг которой вращаются восемь планет, включая разный мелкий мусор — кометы, астероиды, метеориты и метеоры. Земля — третья планета Солнечной системы. Она круглая, как и все остальные планеты, — Валевски перевёл дух, спросил требовательно, — это кто?

Не знаю.

— Хочешь, я скажу? — предложил Моэр.

Ну, попробуй.

— Она из Флорентии... — он остановился, посмотрел на дверь.

Кто-то постучал. Как же не вовремя! На пороге появился лакей, сказал, что его сиятельство граф Ле Мор просит аудиенции. Ого! Зови!

Ле Мор вошёл, окинул взглядом кабинет. Это свои. Граф кивнул, спросил:

— Что произошло сегодня на террасе? Я хочу знать неофициальную версию. Что было на самом деле?

Пока и сам не знаю. На самом деле не знаю. Сейчас вернётся Мартин, узнаем. Предложил графу присесть и подождать. И, интересно, почему Ле Мор не верит? Есть основания?

— Серьёзные основания. Я слышал обрывок одного очень интересного разговора, который состоялся у Маргариты и Гизелы. Одна из них сказала другой злобным мстительным тоном: «Ты сдохнешь». Догадайтесь, кто и кому это сказал?

О, чёрт!

Бухнула дверь в приёмной, в кабинет зашёл Мартин, плотно закрыв дверь, и даже повернув ключ в замке, сел к столу, вздохнул устало. Что?

— В Кастелро знают о том, что Маргарита Кински покушалась на жизнь наследницы Кастелро Гизелы Бартош. Королева Ядвига в ярости написала великому магистру. Маргарита Кински будет лишена прав на престол Ройтте. Наследницей станет Гизела.

Ой, как интересно. Ле Мор, посмотрев снисходительно, начал говорить заунывным менторским тоном:

— Бывший король Ройтте Хельмут из династии Кински был женат всего один раз. Я присутствовал на свадьбе его величества, видел контракт. Эта девочка не могла быть его дочерью, законной, по крайней мере, но, я думаю, Маргарита всё же имела права на престол, но не через Хельмута. Скорее всего, она приходилась ему сводной сестрой.

И как это могло быть?

— Мать близнецов — Маргарита Кински — была замужем два раза.

О, как! Ле Мор кивнул:

— Второй раз она вышла замуж после смерти короля за него Николя Маттео — авантюриста из рода Маттео, а эта девочка — их дочь от второго брака. И, значит, девице — девятнадцать, не меньше, и она имеет права на Ройтте.

Ещё интереснее. Ле Мор кивнул, откланялся.

Проводив графа, вернулся в кабинет. Ну, и что скажет наше магичество? Мартин вздохнул, пожал плечами, тянул время, не желая отвечать. За него выступил Моэр, сказав:

— Всё сходится.

Валевски встрепенулся, спросил, что именно у него сошлось?

— То, что напела тебе эта красавица, и то, что сказал Ле Мор. Где верят в то, что она сказала? Во Флорентии. Где обитает семья Маттео?..

А, чёрт!

Моэр развёл руками, как фокусник, сумевший обвести доверчивую публику. Но Мартин не согласился:

— Это, — он покрутил в воздухе рукой, имея в виду всё вышесказанное, — ещё надо проверить.

— Проверяй, — Эжен пожал плечами, — но я вам скажу, что покусившись на Гизелу — наследницу престола, Маргарита лишила себя прав на престол Ройтте, передав всё тому, на кого покушалась, то есть, Гизеле.

— Ну, и что? — Мартин пожал плечами.

— Я тебе один важный вещь скажу, только ты не обижайся, — насмешливо заявил Моэр, — если это верно в одну сторону, то почему не может быть верно и в другую?

Как-то запутанно он говорит.

— Да не тупите! Если Маргарита могла лишиться прав, значит, она их имела? И, если доказать, что никакого покушения не было, а нашему колдуну это вполне по силам, то что на выходе?..

На выходе у меня во дворце живёт настоящая наследница престола Ройтте, а после сегодняшнего прокола ещё и Кастелро.

Моэр снова развёл руками. Сказал, вставая:

— Всё, я поехал. Дальше — сами.

Да, спасибо. Моэр вышел. Хлопнула одна дверь. Вторая. Затихли шаги.

Я повернулся к Мартину. Ну, что там с нашей дебоширкой? Завтра будет болеть с перепою? Мартин покачал головой:

— Мадам не пьяная. Мадам пытались привораживать.

А это вполне объяснимо. Гейнц привораживал?

— Нет, — Мартин развёл руками, — никаких следов Гейнца, да и вообще никаких следов чужих людей.

Нет чужих? А, чёрт! Значит, свои.

Предыдущая запись

Часть 2-24