Ведьма ветра-12

Они шли, медленно продвигаясь на север. На третий день пути, когда впереди показалась развилка — провинциальная дорога, используемая лишь местными жителями, уткнулась в королевский тракт, — Вьета сказала, что можно и по этой дороге идти, в такую даль ни один из их соседей никогда не ездил. Натраг удивился:

— Какая разница?

— Большая. Вдоль моря людей меньше, но идти дольше, а эта дорогая почти прямая, — пояснила Вьета и Натраг, подумав, согласился. Правда, чуть позже он пожалел о своём решении, но причина была весьма необычной.

На пятый день пути вдоль тракта стали появляться странные лавчонки, в которых продавали камни всех мастей. Удивившись, Натраг спросил у Вьеты, с чего вдруг вдоль дороги, и так мощёной прекрасным камнем, продают то же самое, на что получил удивительный ответ:

— Это не те камни.

— Так и не драгоценные же! Да на этих ещё и написано что-то. Что?

Выяснив, что камни украшены надписями исключительно романтического содержания, пёс озадачился ещё больше, но его недоумение длилось недолго, буквально до ближайшего придорожного трактира, где Вьета покупала еду в дорогу.

Натраг, оставшись на улице, сидел у калитки, ведущей во двор, но прекрасно слышал, о чём говорили проезжающие, обедавшие на улице, сидя за длинными столами, поставленными под навесом. Один из мужчин, сидевший с краю стола, прихлёбывая уху, громко рассказывал, что едет в Венето и везёт камень, чтобы положить на причал Риальты. А когда мужика стали спрашивать, зачем ему это надо, он сказал, что с женой давно нелады, так рассчитывает исправить дело.

— Камень на шею, да в воду? — заржал один из проезжающих, на что получил ответ:

— Ну, ты можешь и так, а я подобру хочу, — и мужик начал рассказывать легенду о том, как жил в давние времена в лагуне Венето юноша по имени Ромео, и как-то, идя по берегу, наткнулся он на деву юную да прекрасную, и почти бездыханную. Принёс он её домой, выходил, да и узнал, что дева та — русалка.

— А хвост-то где? Рыбий хвост куда дела?

— Знамо дело, отстегнула, чтоб парню пондравиться, — заржали обедающие, но рассказчик пояснил, что русалки по весне-то хвосты и сбрасывают. Линяют, значит.

— Да, весна, это дело такое, по ней всё меняется. Вона, и олени рога сбрасывают, кого природа иль жена ими одарила, — понимающе протянул один из слушателей, чем вызвал дикий приступ смеха.

Переждав приступ хохота, мужик продолжил рассказ и сообщил слушателям, что женился Ромео на русалке по имени Риальта, жили они, не тужили, пока не нашёлся один жадный да завистливый, кто украл русалку, в цепи заковал да приказал жемчуг ему добывать. А держал он русалку в бочке из-под селёдки. Преданный Ромео вызволил любимую из плена, но с тех пор не могла Риальта жить на суше, и тогда верный влюблённый начал строить причал. Днём он добывал и таскал на мелководье камни из горной каменоломни, а ночью выходил на лодке в море и звал свою русалку. Прознав о такой великой любви, люди со всей округи начали помогать Ромео, и таскать на мелководье камни, причал разрастался, и тогда Ромео построил на краю причала дом и, сидя на крыльце долгими ночами, ждал свою возлюбленную. Когда Ромео умер, влюблённые начали приносить на причал Риальты камни, как символ любви и верности и, те, кто принёс камень на причал, живут в любви и согласии.

Если сначала слушатели ржали, да подначивали, то к концу истории, рассказанной проникновенно и трогательно, уже слезу пускали, да поддакивали, говоря, что любовь — штука такая, всякой твари нужна. А потом, когда рассказчик закончил, интересовались, где же находится этот причал Риальты, куда камень надо складывать.

— Так в Венето, почитай каждый скажет, — уверенно отвечал мужик, — я уж и камень купил. Нет, и в Венето купить можно, но там дороже, потому как не везде лавку поставить разрешают.

Народ кивал, соглашался, а кто-то уже бежал в лавку, что стояла рядом с трактиром, запасаться булыжником. Мужик, посидев ещё, пожелал всем доброго пути, вышел со двора и, оглянувшись, отправился в каменную лавку. Натраг проводил мужика удивлённым взглядом, но, увидев, как каменотёс, стоявший на входе, одобрительно хлопнул рассказчика по плечу, понял, что к чему. «Жулики!», подумал пёс, глядя, как у лавки, выбирая камни, крутятся особо впечатлительные слушатели.

Вскоре из трактира появилась Вьета и, по её блестящим глазам пёс понял, что девушка тоже слышала эту историю, и тут же сказал:

— Не вздумай деньги тратить на это добро! Пошли отсюда!

Когда они отошли подальше, пёс рассказал Вьете о том, что слышал и видел, но девушка, впечатлённая рассказом о верной любви, слушала краем уха и думала, как бы попасть в Венето. Перекрёсток, от которого в сторону Пряничной Долины уходила дорога, находился ближе, потому, чтобы попасть в Город Влюблённых, как называли Венето, пришлось бы заложить крюк. «Натраг смеяться будет», подумала Вьета, и решила отложить поход в Венето, не желая слушать насмешки пса.

 

До нужного перекрёстка Вьета и Натраг добрались в тот же день к вечеру, и когда они повернули на север, пёс вздохнул с облегчением, сказав, что ему эта история о влюблённых надоела хуже горькой редьки. Вьета промолчала, но и она, если честно, устала слушать рассказ о Ромео и русалке. Романтика и вечная любовь — это хорошо, но сколько же можно?

Путники без всяких сожалений оставили королевский тракт, выйдя на провинциальную дорогу, ведущую в горы и, пройдя с пару километров, вздохнули с облегчением. Оглядывая пустынные обочины, Натраг удовлетворённо сказал:

— А я уж и забыл, как порой может быть тихо.

И Вьете оставалось лишь кивнуть головой, соглашаясь с собакой. Да, по этой дороге и идти было легче, и она бодро шла вперёд, не замечая усталости. Только на закате, осознав, как она устала, Вьета начала высматривать место для ночлега. Приют путники нашли в небольшой рощице на холме, с которого открывался вид на небольшой город.

— Лингарн, — пояснила Вьета, когда пёс спросил, что это за город. — Завтра утром зайдём туда.

— С каких это рыжиков?

— С таких. Платить за еду будет нечем.

— Что? Ты деньги потеряла?

— Нет, конечно. Медяки заканчиваются.

— Серебром заплатим.

— Где? В деревне?

Пёс скрипнул зубами:

— Прости, забылся. Да, деваться некуда. А нам точно не хватит?

— Да.

— Когда ж ты колдовать-то научишься? — воззвал к небесам Натраг, но те остались глухи к страданиям пса и не ответили. Лишь Вьета, улыбнувшись, пообещала:

— Уж когда-нибудь да научусь.

— Уж будь любезна.

Предыдущая запись

Ведьма ветра-11

Следующая запись

Ведьма ветра-13