Ведьма ветра-47

На заре, когда солнце только-только вылезло из-за горизонта и ещё не успело поджечь округу ярким рассветным заревом, зашевелились камни крепостной стены замка, открылась потайная дверь, искусно задекорированная под камень, и из подземелья выскочила собака, а следом за ней вышли двое — мужчина и юноша, по виду — придворный паж.

Собака принюхалась, гавкнула, сообщая, что вокруг никого нет, но люди не обратили внимания на доклад пса. Мужчина сказал кому-то, кто стоял с другой стороны:

— Всё, закрывай. Через час выезжайте. Встретимся у поворота, что ведёт на живодёрню.

Исчез проём в стене. Пёс отряхнулся, чихнул и пожаловался, что наглотался пыли.

— И, вообще, могли бы и убрать.

— Вот и займись, — предложил мужчина и, оглядевшись по сторонам, приказал: — Пошли, время дорого.

Троица быстро направилась на юго-восток, к дороге, ведущей к южным воротам Валленбург, и примерно через полчаса они разделились: Милош отправился на тот самый постоялый двор, где накануне встретил необычную лошадь, а Вьета и Натраг остались в лесу. Девушка стала собирать травы, а пёс бродил вокруг, делая вид, что охраняет.

К тому времени, как Милош вернулся с постоялого двора в компании двух старых лошадей, оставленных ему Златаном, Вьета уже успела не только собрать нужные для омолаживающего отвара травы, но развела костёр и варила зелье.

Чтобы не отрывать ведьму от работы, с лошадьми взялся разговаривать Натраг, и начал он с Эмбера — в давние времена большого мощного вороного жеребца. Он рассказал коню, что от него нужно людям и, когда коняга стал упираться, пёс возмутился:

—Я не понял, что тебе не нравится? Ну, повертеться, конечно, придётся, но ты где хочешь поколбаситься? Тут, или на скотобойне? Так ты скажи, туда и сведут, чтобы два раза не ходить.

Жеребец тоскливо заржал:

— А я копыта не отброшу от ваших сливок?

— На меня посмотри! Я же не отбросил. Ну, повертит тебя. Так это ерунда, за то потом — ух, конь-огонь. Как вчера родился. Давай. Чего тебе терять-то?

— Мне терять нечего! — выступил второй жеребец. Он был моложе, но именно поэтому острее воспринимал старческую немощь, ведь ещё так недавно он был сильным, быстрым, выносливым. И сейчас, когда представилась возможность вернуть всё назад, был готов и не такое сделать, лишь бы снова вернуть молодость.

— Молчать, — рявкнул Эмбер, — куда поперёд старших? — и, согласно кивнул, — давайте, омолаживайте, терять-то и правда, нечего, — и он тоскливо заржал, — Эх, были когда-то и мы рысаками.

— Вы только не орите, ладно? И потом не орите, когда омолодитесь, — попросил Натраг, — а то вся округа сбежится.

Потянулись долгие минуты ожидания. Омолаживающие сливки были готовы, но их ещё нужно было остудить. Помешивая напиток, чтобы быстрее остывал, Милош спросил у Вьеты, можно ли так же омолодить человека и, получив утвердительный ответ, задумчиво произнёс:

—Интересно, так зачем тебя всё-таки ищет Людвиг?

— Думаешь, вечной молодости жаждет? — радостно воскликнул Натраг.

— Вполне может быть. Такое подороже герцогства будет.

Пёс радостно закивал головой, соглашаясь. Вьету же мечты и желания Людвига мало интересовали, её мучили другие мысли, и она поинтересовалась, кто из посвящённых в дела, знает, чья она дочь.

— Я, — коротко ответил Милош, и добавил: — Веслав догадывается, но мы с ним об этом не говорили. Остальные думают, что ты — обычная деревенская ведьма. А что?

Девушка пожала плечами, мол, просто так спросила, а про себя подумала, что простая деревенщина никому не нужна, всем принцесс подавай.

 

Наконец-то наступило время, когда сливки уже достаточно остыли, и наступил главный момент. Эмбер подошёл к ведру, вздохнул, набираясь смелости и шумно начал пить, отфыркиваясь и морщась. Допив до конца, он поднял голову и спросил пса:

— Ну, и когда начнётся?

— Минут через пять. Ты жди, а мы подальше отойдём, чтобы не зашиб ненароком.

Пёс удрал к деревьям, присоединяясь к людям, ждавшим результата, а Эмбер остался на месте. Устав ждать, конь начал бурчать, что его обманули и что человеку доверять нельзя. Беспокойство коня разделял и Милош, который ещё ни разу не видел процесса омоложения, и не знал, как это всё происходит, и когда начинается. Но спросить-то как раз он ничего и не успел — началось, и мужчина потерял дар речи. Даже Вьета, знавшая, как всё происходит, смотрела, широко раскрыв глаза, что и неудивительно. Конь — не собака и не кот, и буря, устроенная Эмбером, превзошла все ожидания. Эмбер вертелся по поляне, как огромное колесо, тихо взвизгивая и подвывая, ну совсем не как лошадь. Конь умудрился снести пару молодых деревьев, пока не остановился, припав на передние ноги, и тяжело дыша.

Шух-х-х. Старая тощая грива и облезлый хвост превратились в тяжёлый шёлковый водопад густых блестящих волос, спадающий аж до самой земли. Шерсть залоснилась молодостью и здоровьем, в тёмных глазах коня вспыхнул огонь, свойственный молодым, полным сил лошадям. Прислушавшись к происходящим внутри изменениям, конь вскочил и радостно заржал на весь лес, высоко поднимая голову.

— Чего ты орёшь, дурак, — недовольно буркнул пёс, — не можешь тихо радоваться?

Конь лёгким аллюром пронёсся мимо стоявших у деревьев людей, пару раз подпрыгнул, вскидывая в разные стороны ноги и, снова сделав круг по поляне, заявил:

— Я голодный, как волк!

Вьета щёлкнула пальцами, создавая для коня корм, а поражённый до глубины души Милош начал наливать в ведро вторую порцию сливок, предназначенную для гнедого рысака по имени Нейр, который уже бил копытами в нетерпении.

Второй ураган, устроенный Нейром, прошёл почти незамеченным — люди были заняты другими делами. Ветер сообщил, что к поляне, выбранной для колдовства, приближаются двое, потому Вьета и Милош занимались тем, что уничтожали следы ворожбы. Впрочем, они могли так не стараться, и Михал и Сандр всё же были неглупыми молодыми людьми, да и памятью обладали хорошей, потому даже преображённых лошадей они узнали, но, не сговариваясь, промолчали, понимая, что правды не узнают, а раз так, то зачем задавать лишние вопросы. К тому же, были дела и поважнее.

— Мы не сможем попасть на Замковую площадь, — доложил Сандр, когда Милош спросил, купили ли они билеты. — В этом году туда пускают лишь фокусников, иллюзионистов, танцоров и певцов.

Милош нахмурился, услышав не очень хорошую новость, а тут ещё Михал добил:

— Могу предположить, что они ждут... — он сделал небольшую паузу, продолжил многозначительно, — «фокусника».

— Может быть, может быть, — Милош покачал головой, соглашаясь с таким предположением. — Что ж, придётся придумывать что-то другое.

— А цирк с конями они пустят? — спросила Вьета, подходя поближе и глядя на мужчин снизу вверх.

— Какой цирк? — не понял Милош.

— Ну, дрессированные кони, умеющие считать, ходить на задних ногах, танцевать?..

Идея ведьмы Милошу понравилась, оставалось лишь найти того, кто бы мог стать владельцем нового цирка, поскольку сам он был слишком известен среди владельцев артистических балаганов, впрочем, как и Сандр.

— Если я или Сандр появимся на Замковой площади с новым аттракционом, у людей возникнут вопросы. Лишние и очень опасные вопросы.

— Я могу, — предложил Фрайберг. — Если кто-то будет уж очень сильно интересоваться, скажу, что был на востоке, купил, но доставили лошадей только на днях.

— И ты от нас ушёл? — спросил Милош, и сам же ответил, — никто не поверит.

Михал, сменив тон на высокомерный, ответил через губу, что вряд ли кто-то из циркачей будет задавать ему лишние вопросы. Ну, а даже если будет, то вряд ли получит ответ. Милош, уверенный в том, что всегда следует развеивать все сомнения, не оставляя места для домысла и сомнений, на этот раз промолчал. Дело следовало закончить в четыре дня, так какая разница, что будут болтать через неделю?.. Предупредив Михала, что всё же стоит быть осторожнее, и лучше сказать чуть больше, чтоб люди болтали чуть меньше, он предложил не терять времени и заняться цирком.

Предыдущая запись

Ведьма ветра-46

Следующая запись

Ведьма ветра-48